Святослав Можей: «Символик» связан со святыми царственными страстотерпцами очень тесно

Поделиться

Основатель проекта «Символик» о работе, жизни и вере в Бога

Накануне 9-летия проекта «Символик» и 12-летия «Орландо» их основатель Святослав Можей дал интервью, в котором рассказал о том, как прошел очередной год жизни этих компаний, и ответил на вопросы сотрудников.

– В минувшем году штат «Символик» основательно разросся. С чем это было связано и довольны ли вы результатом?

– Процесс расширения количества сотрудников (кстати, он еще не закончен) не был как-то заранее распланирован, просчитан. Никакого плана не было. Может быть, Господь увидел, что в чем-то наша деятельность полезна и надо ее подкрепить – и послал сюда воинов-сотрудников.

А результат… Как мы, мирские люди, его меряем? Чтобы денег стало больше? Может быть, и будет когда-нибудь больше. А пока у нас просто есть цели – расширение издательской деятельности, ассортимента книг, распространения продукции, увеличение тиражей, оборачиваемости. Также не забываем про сувениры, иконы, свечи и все остальное, что выпускаем.

– Можно ли сказать, что расширение штата есть закономерное следствие выхода группы проектов на новый уровень развития?

– Об издательстве точно можно так сказать. Одно дело, когда все издательство состоит из двух с половиной человек, и другое – когда появляется специальный человек, который занимается развитием, возникает отдел продаж, выездная торговля на автомобилях, книги возят почти по всей России, ими начинают торговать крупные сети, интернет-магазины. Очевидно, что это новый уровень.

– И все это случилось за последний год?

– Совершенно верно.

 

МЫ СЕЙЧАС ОСВАИВАЕМ НОВЫЕ ТЕРРИТОРИИ

– Как прожила этот год ферма «Благословение»? Приблизился ли проект к самоокупаемости? Какими вам видятся его перспективы?

– Мы намеревались в 2017 г. вывести проект в плюсовую рентабельность, но подвели погодные условия и другие факторы. На ферме неурожай, к сожалению, год выдался довольно трудным. Мы перекладываем надежды на следующий год – даст Бог, выйдем в плюс. Планов по развитию очень много, много чего не удалось в этом году реализовать. Даст Бог, получится в следующем. Это один из важнейших у нас проектов.

– Почему?

– Схиархимандрит Илий (Ноздрин), духовник патриарха и монастыря Оптина Пустынь, сказал мне, что это самый важный наш проект. Что уж он там видит, почему так говорит – не могу сказать: духовное зрение у человека.

– Каким проектам вы сейчас уделяете приоритетное внимание и время? И есть ли такие, за которые вы уже более или менее спокойны?

– Больше всего времени я уделяю фермерскому проекту и издательству. Спокоен за «Амалит», хотя это не значит, что я никакого участия там не принимаю, – принимаю. То же самое – «Правильный поставщик», то же самое – иконное производство, «Символик» (в части сувениров). Но я уделяю много времени развитию продаж «Символика», развитию сети. В этом году у нас уже четыре машины – обозников, как мы их называем; развивается выездная торговля с автомобилей. Это, я считаю, серьезный рывок.

– Какие результаты дает выездная торговля? Каждая из машин, видимо, уже проделала путь в несколько тысяч километров?

– Несколько тысяч километров они проезжают каждый месяц (смеется). Мы сейчас осваиваем новые территории, совершаем первые поездки. Где-то были уже и по второму разу. Сейчас мы должны поставить на первое место распространение. Темпом, которым мы развиваемся, я доволен. А про цифры, про прибыль и рентабельность будем говорить позже – не все сразу.

– Какие новые территории удалось открыть?

– Уже несколько раз проехали вокруг Екатеринбурга. Юг России не весь был у нас охвачен, а в этом году машина доехала до Северной Осетии. Сейчас планируется маршрут Питер – Карелия – Мурманская область. Открылся белорусский «фронт»: у нас появился менеджер, который раньше работал в издательстве Белорусского Экзархата – с большим опытом, с клиентской базой. Еще остаются Сибирь и некоторые неохваченные территории на севере, где мы должны проложить маршрут.

– Водители объезжают в первую очередь храмы?

– Храмы, епархиальные центры, монастыри. Принимают нас очень хорошо. Понятно, есть и отказы, но мне очень понравилось, например, как в Белоруссии нас принимали. Михаил, наш новый менеджер, приезжает, а ему говорят: «Мы вас так давно ждали! Мы слышали о вас и все ждали, когда вы до нас доедете». Не в одном месте это было сказано, а сразу в нескольких.

 

«ЦАРСКИЙ ВОПРОС» – ЧУТЬ ЛИ НЕ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ДЛЯ НАШЕГО ОБЩЕСТВА

– В этом и следующем году Россия вспоминает события 100-летней давности – февральскую и октябрьскую революции 1917 г., убийство Царской Семьи… Как, на ваш взгляд, стоило бы обозначить эти «юбилеи» в своей жизни православному христианину? Ведь важно сформировать личное отношение к этим событиям?

– Обязательно. В Евангелии же говорится: нельзя быть теплохладным, ни холодным, ни горячим. Нужно обязательно определить свою позицию. Если ты называешься православным христианином и твоя точка зрения не совпадает с церковной – тогда тебе нужно в этом вопросе разобраться. Потому что Церковь не ошибается в прославлении святых. Я неоднократно слышал версии – даже от православного человека иногда можно такое услышать, – что, мол, не за что же было прославлять царя. Но Церковь не ошибается, потому что во главе Церкви стоит Сам Иисус Христос. Значит, это ты чего-то не понимаешь, это какая-то твоя внутренняя установка мешает тебе что-то понять. Разобраться в себе нужно.

У нас часто в домах нет икон царя-батюшки, нет книг, люди ни разу не молились ему, не читали акафист. Я считаю, что в России каждый христианин должен иметь некую духовную связь с нашим святым страстотерпцем царем Николаем. Для начала нужно ему помолиться – если ты чего-то не понимаешь, может быть, царственный мученик как-то просветит, поможет понять.

Вообще, этот «царский вопрос» – чуть ли не центральный. Он «завязан» на многое. Что произошло в 1917-1918 гг.? Люди отошли от Бога и как следствие этого предали своего царя; царь был поруган и убит. Потом были попущены ленинщина, сталинщина, миллионы убитых, Вторая Мировая война… Это все следствия того, что люди отошли от Бога. Чтобы вернуть, восстановить прежний строй жизни, люди должны покаяться. Это тоже у многих вызывает вопрос, говорят: я этот грех не совершал, зачем мне каяться. Но дело в том, что этот грех был практически на всей стране. А мы – потомки. Находясь в том времени и в том информационном пространстве, мы наверняка поступили бы так же. Мы читаем в Евангелии, как Иисус Христос стоял перед Пилатом, а иудеи кричали: «Распни, распни Его! Кровь Его на нас и на детях наших» (Мф. 27:23, 25). Вот и грех отступления от Бога, грех цареубийства – на нас и на детях наших.

Покаяние – это не просто сказать: царь-батюшка, прости. Я не против плакатов с этой надписью, но, когда ты совершил грех по отношению к какому-то человеку, которого уже нет в живых, то должен прежде всего просить у Бога: Господи, прости мое согрешение, – а не убиенному человеку посылать весточки.

А репрессии, которые пошли следом за убийством царя? Ведь полстраны участвовало в этих расстрелах, грабежах и т.д. И до сих пор, если посмотреть на исследования «Левада-центра», для огромного количества людей Сталин герой: как же, Гитлера победил! Но Гитлера победили с Божьей помощью! Не Сталин победил, Господь Бог смилостивился над нами. А мы до сих пор восхваляем Сталина, у которого руки по локоть в крови.

Революция 1917 г., отказ от Бога, разорение церквей, уничтожение 300 000 священников, убийство Царской Семьи – все это мы должны еще раз прочувствовать, осознать. От нас требуется покаяние, а покаяние – это перемена ума.

В том числе это значит, что не нужно молчать. Какие мероприятия будут – крестные ходы, сборы подписей, где-то нужна какая-то помощь, – во всем, что касается «царской» темы, нужно принимать самое активное участие.

Еще хочу пересказать тревожные слова отца Илия (Ноздрина), который еще год назад примерно предупредил: если Россия не покается, то могут вернуться очень тяжелые времена. Не зря он всегда поднимает в разговоре эти вопросы о сталинизме, коммунизме. Очень важно определиться и выступить против этого.

– Какое значение лично для вас имеет святой царь-мученик Николай Второй? Планирует ли «Символик» как-либо почтить память царственных страстотерпцев в наступающем 2018 г.?

– Хотели мы того или нет, но Богом было так устроено, что наш проект «Символик» связан со святыми царственными страстотерпцами очень тесно. Продукцию нашу освящает отец Тимофей Куропатов, который изначально служил в Коломенском у иконы Державной Божией Матери – той самой, которая явилась в день отречения царя Николая как хранительница земли русской. Далее этого батюшку назначают настоятелем строящегося храма царя страстотерпца Николая в Аннино – опять связь. У нашего проекта есть благословение от владыки Феодосия: сейчас он епископ Исилькульский и Русско-Полянский, а раньше был настоятелем храма на Ганиной Яме, где были уничтожены тела членов Царской Семьи. Он почитатель Царской Семьи, почитатель страстотерпца Николая, всегда очень широко празднует «царские» дни. Мы не подбирали все эти совпадения специально, это само по себе происходит!

Мой личный духовник – епископ Пантелеимон (Шатов) одновременно является духовником Марфо-Мариинской обители, а в ней служила преподобномученица Елисавета Федоровна, опять же царских кровей.

Чудесным образом мы открыли магазин в Екатеринбурге, в городе, где было последнее место заключения и расстрела Царской Семьи. Каждый раз, когда я туда попадаю, я еду помолиться в Храм на Крови или в монастырь на Ганиной Яме.

Недавно к нам в руки попала рукопись о царе Николае, сейчас мы готовим книгу с рабочим названием «Умереть, чтобы воскреснуть». Надеемся, что к началу весны книга увидит свет. Это, наверное, лучшее, что мы можем сделать в память о святом царе. Хотя у нас в «Символик» есть целая линейка продукции, посвященной царю-батюшке: кроме книг, это сувениры, футболки, иконы.

 

ПОМОГАЕТ НЕ «ЧТО», А «КТО»

– Перейдем к вопросам, которые прислали сотрудники. Один из наших проектов – возведение храма в деревне Жудре Орловской области (http://строим-храм.рф/). Организован сбор средств. Удаётся ли воплотить этот проект в жизнь?

– Бог даст, в ближайшее время приступим к строительству.

– Почему храм решили ставить именно в этом месте?

– Жудре – довольно крупная деревня (по местным меркам), а до ближайшего храма 12 км. Машины не у всех есть, а желающие посещать храм имеются. Ну, и кроме того, у нас ферма там находится, и мы считаем, что, кроме фермерского хозяйства, у нас там есть миссия – возродить деревенскую жизнь, в том числе духовную. Именно с духовной жизни и должно начинаться возрождение.

– Средства на строительство уже собраны?

– Средства собраны процентов на шестьдесят. Это тоже хороший результат: мы, не вкладывая ни копейки своих денег, собрали довольно приличную сумму. Как только у нас будет все решено с документами, я усилю информационное воздействие на знакомых, друзей, на внешние организации, попрошу еще средств. Где-то и своими доложим.

– Как вы считаете, на каком этапе своей деятельности вы сейчас находитесь? Еще в самом начале, примерно середина, или уже сделали все, что могли?

– Это только Господь Бог знает. Жизнь человека может оборваться в любой момент, это может случиться даже сегодня вечером, поэтому я не могу сказать. Конечно, хочется думать, что еще чуть меньше половины жизни у меня впереди. А жизнь нужно полностью отдать Богу и ближнему. Поэтому я не могу сказать, что нахожусь на том или ином этапе: сколько Господь даст жизни, столько нужно служить.

– Что помогает вам успевать во всех ваших делах? Какие «правила руководителя» вы соблюдаете?

– Начнем с того, что успеваю я не всегда. Очень часто не успеваю, многим важным моментам не уделяю времени, к сожалению. Контроль у нас страдает: наверное, сотрудники ведают, что контролирую я плохо.

Помогает не «что», а «Кто» – в первую очередь это, конечно же, наш Бог Иисус Христос, Божия Матерь и все святые. Во вторую очередь – верные друзья и помощники. Почему о некоторых направлениях у меня голова не болит? Потому, что человек там справляется. А некоторым направлениям – например, фермерскому – я уделяю много времени, потому что там люди не справляются. Где есть надежные люди, там и времени моего много не нужно.

Первый принцип: главное – человек. Есть человек – и дело делается. Что касается тайм-менеджмента… Знаете, очень часто бывает, что сотрудник целый день чем-то занят, по клавишам стучит, что-то отвечает, но это – самоуспокоение. Потому что нет результата. Для самоуспокоения можно всегда найти, чем заняться. А нужно ставить себе цели, задачи, и не только на месяц или полгода, но и на сегодня. Обязательно должно быть расписание на неделю, обязательно нужно вести записи, сверяться с расписанием и выполнять то, что запланировал. Без расписания, я считаю, вообще работа менеджера невозможна. Если расписание не ведется, тогда одно из двух: или человек – гений, или – абсолютно неэффективный менеджер. Если нет записей-напоминалок, ничего не выйдет, никаких целей вы не добьетесь.

В переписке можно ответить человеку коротко, за 30 секунд, а можно 18 минут проблему обсуждать и в итоге ответить то же самое. Везде должна быть экономия времени с максимальной эффективностью.

 

ЕВАНГЕЛИЕ НУЖНО ЧИТАТЬ КАЖДЫЙ ДЕНЬ

– Какая книга вас впечатлила, заставила задуматься и изменила ваше мировоззрение?

– Одна из моих любимейших – книга святого о святом, старца Софрония (Сахарова) о преподобном Силуане Афонском. Она так и называется – «Старец Силуан Афонский».

Когда я только пришел к Богу и воцерковлялся, то любая православная книга переворачивала мое сознание, я читал с увлечением до утра. Будь на ее месте другая книга, точно так же я читал бы и ее. Но, если вспоминать самые первые книги, то больше всего на меня повлияло житие старца Серафима Саровского. Если вдруг найдется такой абориген, который не знает подвиги батюшки Серафима, то обязательно нужно прочитать его житие. Впечатлила меня книга «Остров божественной любви» о старце Николае Гурьянове. Если двигаться ближе к теперешнему времени, то отмечу изданный нами трехтомник об отце Ипполите (Халине): «Звезда утренняя», «Послушник святителя Николая» и «Аланский крест». Сейчас у нас в продаже есть книга «Когда открывается Вечность» (пока не нашего издательства, но, даст Бог, и мы ее издадим): это объединение всех трех томов плюс кое-какие дополнения. Вот тоже книга, которую я очень рекомендую.

Мы уже неоднократно дарили сотрудникам книги отца Владимира Головина из г. Болгар. У него истинный дар слова, он знает, как найти ключик к современному человеку.

Ну, и Евангелие, которое нужно читать вообще каждый день. Когда я воцерковлялся, то не мог остановиться: начинаешь читать, думаешь, прочту одну-две главы – а читаешь пять, шесть… Уже все спят дома, а ты все читаешь. Но Евангелие обязательно нужно читать со святоотеческим толкованием. Иначе можно десять лет читать и многого не понять. Кроме того, толкование дает привычку и алгоритм обращать внимание на мелочи. В Евангелии нет ни одного лишнего слова. Бывает, одно слово полностью меняет акцент. Если прочтете толкования – по-другому будете на эту Книгу смотреть.

– А сейчас вы много читаете? Что из последнего прочитанного вас особенно заинтересовало, легло на сердце?

– В последние полгода я стал читать меньше; надеюсь, что восполню этот пробел. Из самых свежих впечатлений – я закончил читать книги преподобного Паисия Святогорца. Не только записи разговоров с отцом Паисием, но и книги, которые он собственноручно написал. Это книги о святых: о старце Хаджи Георгии, о преподобном Арсении Каппадокийском… Если почитать жития этих святых, написанные преподобным Паисием, то это переворачивает многие представления о святости, о жизни.

 

ВЕРЮ, ЧТО ГОСПОДЬ НАС ХРАНИТ

– Что для вас важнее всего в работе?

– Хочется, чтобы все получалось, что начинаешь. Хочется по-человечески, и это очень важно, потому что, когда тратишь на что-то время, а оно не получается, это может привести в уныние, могут опуститься руки, может энергия иссякнуть. Смирения и молитвы, наверное, не хватает.

– Как ваше воцерковление повлияло на бизнес? Что изменилось?

– Слово «бизнес» я не люблю. Когда оно звучит, мне кажется, что кто-то ругнулся. Я сам его иногда употребляю, но скорее для того, чтобы другие меня поняли.

Как повлияло? Наверное, скажу коротко: бизнес стал меньше бизнесом.

– А чем он стал?

– Служением. Бизнес – это зарабатывание денег, материальных благ. Даже западная модель, когда бизнес должен быть социально направленным, во многих случаях преследует корыстную цель: «социальная» составляющая вашего бизнеса – это пиар в обществе, улучшение отношений, толерантность потребителей, а в конечном счете увеличение оборота и прибыли. Благотворительность становится как бы вкладом в собственную рекламу.

А бизнес должен быть служением. Человек не должен разделять сферы своей жизни: дома он христианин, а на работе бизнесмен. Он должен быть христианин везде. Может быть, в наших экономических условиях трудно быть абсолютным христианином, но, насколько это возможно, нужно стараться соблюдать заповеди и оставаться в векторе служения, следования заповедям «возлюби Бога и ближнего своего».

– Какие сильные и слабые стороны вы видите в своей компании?

– Сильные стороны, я считаю, – корпоративный дух и миссия, которые очень органичны для русского народа. Возможно, что в другой стране они бы не прижились. Благодаря этой миссии, благотворительным проектам Господь нас поддерживает.

У Паисия Святогорца есть такой пример: вот два магазина, но в один люди заходят, а в другой – нет. Почему? Потому, что хозяин одного занимается благотворительной деятельностью, а хозяин другого – нет. Так Господь и судит.

Многие сотрудники думают, что я не уделяю внимания некоторым проектам, а они нас кормят. Я, может быть, и не уделяю, зато Господь уделяет.

Ну, а слабые стороны… Может быть, недостаточность бизнес-планирования, нет досконального просчета стратегии на год-два: куда вложить средства, что более рентабельно, что менее. Идем слишком широким фронтом, может, крылья надо бы немного подужать. Хотя в какой-то мере широкий фронт является и плюсом. Есть такое понятие – диверсификация: как говорят в народе, «не клади все яйца в одну корзину». Сегодня у нас хорошо идут обложки для паспортов, завтра – акриловые значки, послезавтра – еще что-то… Все знают, что бывают пики спроса, а за ними провалы: по полгода нет заказов. А у нас одни участки вытягивают другие. И если в какие-то годы, например, «Амалит» показывал снижение выручки, то вытягивал «Правпост».

Я, кстати, думаю, что не за горами тот момент, когда и книжное издательство «Символик» будет показывать результаты наравне с другими проектами. Тенденция по книгам мне нравится.

– Что вы лично хотели бы изменить в своей компании?

– Усилить планирование и контроль, в том числе финансовый. Пока у нас все на доверии, но я верю, что Господь хранит нас в том числе и от каких-то финансовых хищений, махинаций в крупных размерах.

– Как вы планируете развивать компанию?

– Мы хотим все проекты без исключения вывести на другой уровень в интернете. Сделать самые современные сайты, самые современные интернет-магазины. Работа уже ведется. Много еще будет вложено и в «Символик», и в ферму. Уже сейчас мы начали работать со многими крупными сетевыми структурами, с интернет-магазинами «Лабиринт», MyShop, с «Почтой России», с Роспечатью. Это даст толчок развитию всех проектов. Уже сейчас мы предлагаем им продукцию не только «Символик», но и «Доброслов». Уже пошли заказы, и уже в районе нового года, я надеюсь, мы увидим плоды.

 

СКАЖУ «НИКОГДА» – И ТУТ ЖЕ ЭТО СЛУЧИТСЯ

– Чем вы занимаетесь в свободное от работы время?

– В первую очередь – читаю. Чтение у человека должно быть обязательно в жизни. А вот телевизор нужно выключить, это абсолютно вредная вещь, нельзя тратить жизнь на этот ящик.

Также у меня есть дача. А чего больше всего не хватает – это выездов на природу. Слава Богу, Господь мне такие возможности дает, хотя теперь не так часто, как восемь-десять лет назад. Очень люблю Карелию.

– Если бы возникла необходимость уехать из России, то какую страну вы бы предпочли? И почему?

– Не знаю, какая может быть необходимость уехать из России. Уезжать я не хочу. Разве что начнутся массовые убийства и беспорядки и возникнет необходимость сохранить жизнь свою и своей семьи… Конечно, рассматриваю свою изначальную родину Беларусь. А о других странах и думать не хочу, честно говоря. В любом случае, это должна быть страна православная. Но повторюсь: не знаю, какие силы должны заставить меня отсюда уехать.

– Откуда вы черпаете силы для того, чтобы стоять во главе компании и развивать каждый проект?

– Господь дает силы. Сам я не могу их ниоткуда взять. Нельзя куда-то пойти, открыть ящичек и оттуда достать какие-то батарейки. Силы дает чтение духовной литературы, участие в церковных Таинствах – исповедь, причастие. И всем того же желаю.

– Как вы считаете, есть ли жизнь на других планетах?

– Я не знаю и этим вопросом особо не интересуюсь. Меня этот вопрос не волнует.

– Что для вас значит быть православным христианином?

– Быть православным христианином значит исполнять заповеди «Возлюби Бога и ближнего всем своим сердцем». Многие это декларируют, но не делают. Возможно, и обо мне как о руководителе многие скажут, что это некая декларация, а в отношении лично их я так не поступил. Возможно, так оно и есть. Прошу меня простить, очень трудно принимать решения в конкретных ситуациях, и понятно, что в некоторых случаях я согрешаю. Но – нужно всеми силами пытаться эти заповеди выполнять! Всеми силами, которые только есть. А проверяется это в мелочах.

– Есть ли у вас мечта?

– Вообще, мечты православной Церковью не очень одобряются. Мечты могут не совпадать с волей Божией о человеке, о каком-то предмете. Но все-таки мы люди грешные, и какие-то мечты, конечно, есть. Есть мечты, связанные с работой, с профессиональной деятельностью, хотелось бы достичь успехов в каких-то проектах, начинаниях. А что касается не связанных с работой вещей: часто возникает желание поехать на рыбалку, в ту же Карелию, забыть про все… Иногда я это делаю, но желания возникают чаще.

– Есть ли черта, через которую вы как руководитель компании никогда не переступите?

– Никогда не говори «никогда». В Евангелии Петр Иисусу Христу, Самому Богу, сказал: «Господи, никогда не отрекусь от Тебя», – а Господь ответил: «Петр, этой же ночью трижды отречешься, петух не успеет пропеть». Я скажу сейчас: никогда, – и тут же это случится. Поэтому на этот вопрос, наверное, даже нельзя отвечать.

– Как вырастить и воспитать детей? Как привить им любовь к Богу и Церкви? Какие воспитательные меры можно применять в отношении детей, а что категорически недопустимо?

– Я не являюсь примером, не могу сказать, что у меня идеально воспитанные дети. Поэтому слушать нужно не меня, а святых отцов. Практически все они говорят о том, что ребенку нужно служить примером. Если ты водишь ребенка на причастие, ты сам должен причащаться. Если ты говоришь ребенку: нужно идти на исповедь, – ты сам должен исповедоваться. Если ты говоришь ребенку: нельзя лгать, – то ты не должен лгать никогда! Иначе никогда не научишь ребенка говорить правду. Если ты говоришь ребенку: не надо смотреть телевизор, – сам его не смотри. Подавай ему собственный пример трудолюбия и так далее.

О том, как воспитывать детей, есть очень хорошая небольшая книжечка отца Порфирия Кавсокаливита, который прославлен греческой Церковью. Есть и некоторые другие, только обязательно это должны быть книги с грифами Русской Православной Церкви.

– Что для вас значит духовная жизнь?

– Духовная жизнь – это жизнь невидимая. Апостол Павел так определяет веру: это «осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11:1). То есть это в том числе способность видеть невидимые вещи. Духовная жизнь – это не когда ты передвигаешь ноги в сторону храма; не когда ты поднял руку, приложил ее ко лбу, перенес на живот, потом на одно плечо, на другое… Духовная жизнь – это то, что у тебя внутри, это богообщение, молитва, постоянное памятование о Боге, о том, что человек, которого ты встретил, послан Богом. О том, что ситуация, в которой ты оказался, создана Богом. Духовная жизнь – это призывание помощи Божией в борьбе со своими грехами. Это решительные шаги для борьбы с грехом. Преподобный Паисий Святогорец говорит, что у современного поколения не хватает именно решительности. Вот что такое для меня духовная жизнь.

 

В ЛЮБОЙ МОМЕНТ НУЖНО БЫТЬ ГОТОВЫМ КО ВСЕМУ

– В последнее время участились случаи нападок на православие и на верующих. Молодежь вместо книг сидит в соцсетях на различных богохульных пабликах. А либеральная элита то и дело выливает грязь на Церковь. Как вы считаете, грядут ли перемены в отношении верующих? Или нашу страну ждёт то же, что и европейские страны?

– Я, во-первых, не знаю, что будет с обществом западным. Во-вторых, я не стал бы всю молодежь записывать в сидящих на каких-то богохульных сайтах. Молодежь – разная. В некоторых храмах очень много детей, обширные воскресные школы. Мы проводим палаточные лагеря, и дети там собираются самые разные, в том числе и из невоцерковленных семей, но я бы не сказал, что вся молодежь богохульная.

А что касается отношения общества к Русской Православной Церкви… Верующих христиан никогда не было много. Никогда не спасались люди всей страной. Спасение – это личное дело каждого христианина. По мнению некоторых исследователей, никогда не было ни одного общества, ни одного государства, где число верующих христиан превышало бы 10-15%. Истинно верующих христиан всегда меньшинство.

Что ждет нас – не знаю. Очень много плохих, тревожных тенденций. Эпоха расцвета христианства всегда сменяется эпохой гонений, депрессии, запрета. Может быть, мы за свою жизнь увидим сразу несколько таких эпох. Можно ли вообще сейчас называть православной нашу любимую многострадальную страну, где второй десяток лет никто не запрещает передачу «Дом 2»? Где выходят фильмы, порочащие наших святых и Церковь? Где на уроках «Основ духовно-нравственной культуры народов России» дети изучают скорее ислам, чем православие (образец рабочей тетради могу предоставить)? Где по указанию «сверху» приходят закрывать православные лагеря? Пока мы мирно спим, как спали апостолы в Гефсиманском саду, идет «множество народа с мечами и кольями» (Мф. 26:47). Верю, что Богородица и Господь наш Иисус Христос могут спасти Россию, если мы будем молиться с покаянием. А пока все очень сложно. В любой момент нужно быть готовым ко всему, к любому развитию событий.

– Ваше отношение к фильму «Матильда»? Какие чувства, мысли вызывает шумиха вокруг фильма? И будете ли вы смотреть фильм вообще?

– Фильм смотреть не буду, но я вообще смотрю фильмов мало – может, три-четыре в год. Я предпочитаю книги. Поэтому, даже если бы этот фильм не был таким скандальным, то, возможно, я бы его все равно не смотрел.

Я уже говорил, что «царская» тема – центральная в развитии нашего общества. И я думаю, что этот фильм – попытка темных сил переманить часть людей на свою сторону. Поэтому отношение к этому фильму крайне негативное. Хотя, кроме этого фильма, есть сотни других вещей, на которые мы тоже не должны закрывать глаза.

Я поддерживаю мирные протесты против «Матильды». Я сам писал в Министерство культуры запрос на эту тему, есть письменный ответ. Писать куда-либо еще, думаю, сейчас нет смысла, но, если будут приглашать на какие-либо молитвенные стояния, крестные ходы, собирать какие-то подписи – нельзя молчать, по возможности нужно принять во всем этом участие.

– Но запрещать показ фильма не нужно?

– Я, наверное, скорее запретил бы – будь моя воля. Есть какая-то грань допустимого. Многие люди не читают книги и узнают об истории из фильмов. Фильм про Чапаева посмотрел – и представление о Чапаеве на всю жизнь такое, какое в фильме. Точно так же у людей сложится искаженное мнение и о нашем святом страстотерпце царе Николае.

– Кого из святых вы лично почитаете особенным образом? Чем они вам близки?

– С самого начала воцерковления больше всего я обращаюсь в молитве к Самому Господу Иисусу Христу. Так сложилось, что на первом месте у меня Сам Господь Бог. Но многое в моей жизни связано и с преподобным Серафимом Саровским: перед тем, как начать проект «Символик», я ездил в Дивеево помолиться батюшке и испросить его благословения. Как мне показалось, это благословение было мне дано.

Кто еще? Конечно же, страстотерпец царь Николай. Из непрославленных, но все же, я считаю, святых – отец Ипполит (Халин). Господь дал ему удивительный уровень смирения, дар чудотворения; многие его считают апостолом Абхазии. К нему тоже обращаюсь в молитве за помощью. Их много – святых, к которым я обращаюсь, пусть и реже, чем к названным.

Версия для печати

Поделиться