Книжная полка «Символик» | Ушаков — адмирал от Бога

Поделиться

В воскресенье 15 октября празднуется память праведного воина Феодора Ушакова. Предлагаем Вам с детьми заранее подготовиться к празднику и прочитать отрывок из книги Натальи Иртениной «Ушаков — адмирал от Бога».

По искристой глади Волги скользили вдали, будто чайки, лодки под парусами. Одни шли к городу Романову, другие, наоборот, в сторону Ярославля. Федя с улыбкой любовался ими. Знамениты здешние лодки-романовки! Быстроходны, устойчивы на больших волнах. Сам царь Пётр Первый, любивший корабельное дело, изучал их устройство.

Лодка, в которой плыли два брата Ушакова, была поменьше романовки. Зато с двумя парусами! Один обычный, прямой, а другой косой, треугольный, укреплённый в носу лодки. Это была придумка сельского мужика Василия, старого моряка, который когда-то служил на флоте у царя Петра. Сам он сидел тут же, в лодке, и был за капитана корабля. Федя и старший брат Степан в охотку исполняли его команды.

Вдруг солнце померкло, налетел порывистый ветер. Лодку закачало на поднявшейся волне. Стремительно приближалась гроза.

— Паруса долой! — скомандовал капитан. — Фор-марсель[1] и фока-стаксель[2] на гитовы[3]!

Пока мальчики боролись с парусами, рвущимися из рук, дядька Василий вставил в уключины вёсла. Хлынул ливень. Лодка, опасно качаясь и борясь с волнами, пошла к берегу. Дождь был такой силы, что воды́ в их судёнышке сразу стало по щиколотку. Федя и Стёпа по команде начали вычерпывать её ковшами. Дядька Василий грёб изо всех сил. Вдруг сверкнула молния. Громыхнуло так оглушительно, что Стёпка выронил черпак и сжался в испуге. Федя в одиночку продолжал усердно выплёскивать воду из лодки. Он кричал брату, но тот будто не слышал.

Наконец-то берег! За стеной ливня виднелась рыбацкая хибарка. Стёпка выпрыгнул из лодки и побежал к избушке. А Федя помог дядьке Василию накрепко зачалить лодку, чтобы не унесло. Только после этого устремился к хибарке.

Он видел, что брат испугался, струсил. Но Фёдор ни словом об этом не обмолвился и даже взглядом не укорил. С них обоих лило ручьями. Когда в избушку вошёл, прихрамывая, их капитан, Федя с восторгом бросился к нему:

— Вот так буря, дядька! Во всю жизнь такую не видал! Чуть лодку нашу не потопило!

— Да это разве буря! Вот на море штормы у-у-у… — Старик принялся разжигать огонь в печке-каменке, чтобы всем согреться и просохнуть. — Валы морские что твой дом в три этажа, — продолжал он. — На море-то человеку страшно. Слыхал, как у нас поморы на севере говорят: кто в море не ходил, тот и Богу по-настоящему не молился.

У Феди загорелись глаза:

— А что страшней — морская буря или баталия с врагом на море?

— Это уж когда как. В баталии-то бывает хоть и жарко, да весело.

— Расскажи, дядька, как ты с царём Петром шведские корабли на море бивал! — горячо попросил мальчик.

— А что, господа Ушаковы, не передумали в морскую службу идти? — с улыбкой обратился к обоим братьям бывалый моряк.

— Нет уж, — пробурчал Степан, поёживаясь, — посуху-то служить лучше. Я как батюшка, в гвардию пойду.

— Я не передумал, — твёрдо сказал Федя. — Непременно стану главным на море генералом!

— Адмиралом, значится. Губа-то у тебя не дура, барин. Ну, слухайте…

Дядька Василий стал рассказывать. Он говорил о том, как царь Пётр создал русский военный флот. О том, как наши моряки научились побеждать на море сильнейшего врага — шведов. О славных русских победах при Гангуте и Гренгаме. Федя слушал жадно и мыслями уносился в море, хотя не знал, какое оно, это море. Ни разу в жизни его не видел.

Взгляд его упал на старую потемневшую икону в углу хибарки. С неё на Фёдора смотрел Николай Чудотворец, покровитель тех, кто плавает по морям и рекам. «Святой Никола, Божий Угодник, помоги мне стать адмиралом! — мысленно обратился к нему мальчик. — Мне очень нужно!..»

Пройдёт много лет, Фёдор Ушаков станет и морским капитаном, и командующим всем Черноморским флотом, и адмиралом. Его прозовут «морским Суворовым». Как и великий полководец Суворов, адмирал Ушаков тоже не будет знать поражений в битвах с врагом. А битв он проведёт больше сорока. Про Фёдора Фёдоровича станут говорить: «Где Ушаков — там победа!»

Они были похожи, эти два великих человека своей эпохи — Ушаков и Суворов. Оба самоотверженно, не жалея себя воевали за Отечество. Оба принесли в военную науку много нового, полезного. Обоих от души любили простые солдаты и матросы. Оба освобождали Европу от захватчиков-французов и покрыли там свои имена неувядаемой славой. И оба смиренно склоняли голову перед Богом, который за их веру даровал им победы.

Но мальчик Федя, молившийся в рыбацкой избушке Николаю Угоднику, не мог себе и представить, что когда-то, через пару столетий, ему самому станут молиться как святому покровителю военных моряков. Что его именем будут называть не только корабли и улицы городов, но даже православные храмы!

Он всего лишь честно исполнял свой долг, помнил Божьи заповеди, всеми своими талантами служил Родине и любил людей. Слово его никогда не расходилось с делом.

[1] Марсель — второй снизу на мачте прямой парус. На фок-мачте марсель носит название фор-марсель.

[2] Стаксель — косой треугольный парус. На фок-мачте носит название фока-стаксель.

[3] Гитовы — снасти, служащие для уборки парусов.

Отрывок из книги Натальи Иртениной «Ушаков – адмирал от Бога» (М.: Символик, 2017).

Узнать больше об авторе и купить книгу.

Версия для печати

Поделиться