Валентина Сергеева: «Найти ту точку, которая не дает тебе покоя»

 

 

В серии «Русские воители за веру и Отечество» издательства «Символик» вышла очередная книга — повесть «Невский. Главная битва» Валентины Сергеевой, посвященная личности и подвигам святого князя Александра Ярославича Невского. В преддверии выхода этого издания мы поговорили с автором повести Валентиной Сергеевой о литературе, русской и европейской истории Средних веков и об опыте общения на эти темы с детьми.

– Ваше первое образование – педагогическое. Почему вы пошли в этом направлении? Хотелось работать с детьми?

– Мне действительно всегда это было интересно. Как-то так получалось всегда, что я много общалась с ребятами на несколько лет младше – и во дворе, и на даче, и в деревне. Мне было интересно что-то для них придумывать. Например, я что-то прочитала или посмотрела какой-то фильм – мы идем во двор и по этой книжке или фильму играем. И стала появляться мысль: если у меня есть что-то интересное, чем поделиться с детьми, то, может быть, это можно делать более профессионально. Если я люблю литературу, то почему бы мне не пойти с этим к детям, не рассказать им о ней – как-то так, наверное, рассуждала. И в конце концов поступила на филологический факультет.

Может быть, еще дело в том, что в школе мне с учителями литературы не всегда везло, и возникала мысль: а, может, я смогу рассказать лучше, так, чтобы всем было интересно.

– В итоге вы поработали учителем литературы?

– Поработала, правда, недолго: считая практику – наверное, всего около двух лет. У меня были классы от шестого до десятого. Потом был перерыв, когда я писала диссертацию. А потом ушла работать в Институт мировой литературы (ИМЛИ). Кроме того, вот уже несколько лет мы с Анной Гумеровой, моей коллегой по отделу теории литературы ИМЛИ и очень близким другом, проводим историко-литературный кружок в московской библиотеке № 180.

 

О литературе в истории и об истории в литературе

– Расскажите об этом кружке: как всё началось, как проходят занятия?

– Всё начиналось с «семейного» кружка. Мы собрали детей наших знакомых (тогда они учились еще в основном в начальной школе) и решили сделать такой кружок, где будем рассказывать про историю – и Древней Руси (с нее мы начали), и западноевропейскую.

– То есть изначально речь шла даже не о литературе?

– Мы сочетали одно с другим, историю рассказывали как бы через литературу. Говорили о каких-то исторических событиях – и тут же читали отрывки из произведений, летописей, хроник. Играли в это.

Потом дети подросли, мы перестали помещаться в квартире и решили, что надо пойти с этим «в люди». Пристанище нашли в библиотеке № 180, где находится музей Николая Федорова. И вот уже третий год проводим там наш кружок. Два года у нас шел курс, посвященный русской школьной классике, а в этом году приступили к западной литературе. Начали мы со Средневековья. Поговорили о «Беовульфе», а сейчас изучаем рыцарский роман: что это такое, как потом переросло в литературу романтизма… Словом, мы говорим о литературе в истории и об истории в литературе.

Детям это нравится, потому что мы не только читаем, но и играем. Наш кружок можно назвать кружком ролевых игр. Мы не ставим себе задачей дать знания: знания сейчас можно взять очень много откуда – из книг, из интернета. Такая проблема, что какой-то информации нигде нет и надо бежать в единственную библиотеку в Москве – сейчас не стоит; информации столько, что захлебнуться можно. Поэтому интересно не столько дать знания, сколько – поработать с ними. И мы работаем с помощью ролевых игр. Берем какую-то ситуацию, знакомимся с ней, разбираемся: что такое рыцари, как устроен рыцарский замок, – а потом распределяем роли и эту ситуацию реконструируем.

Так же точно мы обращались и с русской классикой. Например, во время чтения «Войны и мира» у нас была совершенно замечательная игра по фронтовой Москве 1812 года.

Это интересно не только детям. Кружок у нас открытый, и к нам приходят даже взрослые – кто с детьми, а кто сам по себе. Обычно у нас на занятии до 12 человек – считая и детей, и взрослых.

– А дети какого возраста?

– Мы указываем «12+», но если ребенку помладше интересно, если он готов, может, хочет участвовать – мы рады видеть и его. У нас есть ребята, например, десяти лет.

– Европейскую средневековую литературу в школе, кажется, вообще не проходят…

– Да, зарубежная литература в школе обычно либо на периферии, либо ее нет вообще. Но здесь есть и плюс: у ребят не «замыливается» восприятие. Говорить про классику им, с одной стороны, интересно, а, с другой, – тяжело: в школе ее столько «насовали», что больше уже не хочется. А средневековая литература – это то, что еще не успело надоесть в школе, плюс игровые сюжеты: рыцари, викинги, приключения. Причем это такие сюжеты и образы, которые потом войдут в фонд мировой культуры. Сильные связи у них появятся и с русской литературой.

Наша задача – дать все эти сюжеты и образы в контексте. Например, когда мы начали говорить о рыцарях, то взяли кусочек из рыцарского романа XIII века, кусочек – из повести Януша Корчака «Слава», где дети играют в рыцарей, и кусочек – из пьесы Евгения Шварца «Дон Кихот». Казалось бы, один сюжет – а воплощен совершенно по-разному!

Мы пытаемся создать для читающих ребят комфортную среду, где они могут побыть с теми, кто читает то же самое, кому это тоже интересно и с кем можно про это поговорить. Это очень здорово, когда ты видишь, как это начинает работать, и сам понимаешь что-то и про текст, и про людей, и про себя.

 

Начиналось со стихов

– Как выстраивался ваш собственный путь в литературу?

– Про «путь в литературу» говорить трудно, учитывая, что я долго нигде не печаталась (смеется). Как это часто бывает – что-то писалось в подростковом возрасте и шло в стол, а частично и выбрасывалось… А начиналось со стихов. Я и в литературный институт поступала на отделение поэзии (училась я там заочно, параллельно с педагогическим институтом). Потом перешла на отделение прозы и заканчивала уже его. Мне всегда были интересны исторические повести, рассказы…

– Что для вас образец исторической прозы? Кто из писателей – может быть, советской эпохи – вдохновил вас писать?

– Советская историческая проза – это, конечно, очень хорошая вещь. Но так сложилось, что сама я очень многие из этих советских исторических повестей прочла уже во взрослом возрасте. «Крепостные королевны» Софьи Могилевской, «Джек-Соломинка» Зинаиды Шишовой, «Робин Гуд» Михаила Гершензона – почему-то все они попались мне довольно поздно…

Забавно, но образцом для меня послужила, наверное, даже не проза, а стихи. Булат Окуджава, Александр Городницкий с их циклами стихов (или, скорее, песен) на исторические сюжеты, очень многие – из XIX века. Это образец не в плане того, как писать, а в плане – как видеть. Автор создает картинку, а ты входишь внутрь и чувствуешь себя ее участником. Взять хотя бы песни Городницкого, связанные с декабристами или с народовольцами: ты себе представляешь и самого персонажа, и его чувства, и то, что его окружает.

– Какая мотивация вами двигала, когда вы поступали в литературный институт?

(Смеется) Вы знаете, поскольку мне тогда было семнадцать лет, мотивация была – стать писателем и прославиться. Вполне по возрасту. Умение внимательно читать, думать о том, чтó ты читаешь и пишешь – это, конечно, пришло сильно позднее.

– И вот наконец вы выучились – на писателя или поэта?

– «Литературный работник» – так написано в дипломе (смеется).

– Два года вы поработали в школе, а потом пошли в ИМЛИ?

– Не сразу. В ИМЛИ я с 2011 года.

– Как у специалиста по теории литературы у вас очень широкая специализация: европейская средневековая литература, вся русская классика, теория комментария, проблемы исторической памяти…

– Отдел теории литературы позволяет заниматься всем, что тебе интересно. А, поскольку я одновременно еще и переводчик, то к этому надо добавить еще и теорию перевода, и зарубежную литературу в целом. Я в свое время диссертацию писала по английской средневековой литературе.

– С каких языков вы переводите?

– Основной «рабочий» язык – английский, а так еще французский и польский.

– Как вам кажется, насколько востребованы все эти темы – невероятно интересные и глубокие, но уж очень «специальные» — за пределами отдела теории литературы ИМЛИ?

– Знаете, ведь вопрос, насколько всё это было востребовано массовой культурой вообще когда-либо. А те, кому интересно и кто оценит, есть всегда. Они и сейчас есть. Другой вопрос, насколько это замкнутая группировка. Можно обсуждать какие-то проблемы в своем маленьком уютном мирке, а можно выходить со своими темами наружу, рассказывать, писать книги. Вопрос и в формах – как это доносить до аудитории, и в самом желании это делать. Мне кажется, если человеку есть что сказать, есть чем поделиться, то всегда найдутся те, кому тоже это интересно.

– Просто ряды читателей книг – даже обычных, художественных – на глазах редеют…

– Я уже не первый год весной езжу в Старую Руссу на международную юношескую конференцию «Старорусские чтения» по Ф. М. Достоевскому. В ней участвуют школьники начиная с семиклассников, студенты. И там потрясающие дети! Они делают научные доклады, проводят научно-исследовательскую работу на очень достойном уровне. Это ни разу не формат «скачал статью из Википедии». Я вижу этих детей уже не первый год, и это действительно что-то потрясающее. Мы часто говорим: дети не читают, детям ничего не интересно, – но вот же: приезжают школьники из 9-х, 10-х, 11-х классов и делают какие-то вещи на уровне открытий! Они внимательно читают тексты, и видно, что это их труд, их самостоятельная работа. Несамостоятельная работа отслеживается очень быстро. Полезно поехать на эти чтения, чтобы просто посмотреть, разобраться, всё ли так плохо (смеется).

 

Не суд, а воскрешение

– Наше с вами знакомство – знакомство издательства и автора – началось с вашей повести «Дорога домой» о временах татаро-монгольского нашествия на Русь, которая заняла 2-ое место на конкурсе «Необычайные приключения-2016» (под названием «Мы идем домой». – Прим. ред.). Это первое ваше большое произведение?

– Первое, которое будет напечатано. Вообще это не дебют, написано кое-что еще, и даже довольно много – небольшие рассказы и т.д. Но всё это пока вылеживается.

Сама идея родилась еще за несколько лет до того, как я села и написала эту повесть. Я записала идею вкратце. Думала: пусть пока полежит – когда-нибудь пригодится…

– Вас заинтересовала эпоха?

– Мне, действительно, очень интересен этот период – во-первых, незадолго до завоевания Руси Батыем и первое время после завоевания, а, во-вторых, времена Дмитрия Донского. Это те две точки, которые меня сильно интересуют.

Первые десятилетия после Батыя были ужасным временем: не проходило пяти-десяти лет, как случался очередной набег, русские земли снова выжигали, а людей убивали и грабили. Всё время было ощущение, что в любой момент может случиться буквально что угодно, причем не знаешь, от кого ждать удара – то ли от Орды, то ли от литовцев, то ли вообще от своих. Князья что-то не поделили – а выяснять отношения пришли к тебе. И меня очень интересовало: как из этой раздробленности, из этого постоянного страха вырастает какое-то единство, что-то такое, что можно назвать национальной самоидентификацией? Не вот эти разрозненные княжества, а – государство?

– Вы уже нашли ответ на этот вопрос?

– Здесь, конечно, сыграл роль не один фактор. Это и ситуация в Орде, где произошла утрата сильного лидера и начались междоусобицы. Это и ситуация на Руси, которую академик Дмитрий Лихачев описал так: выросло поколение, которому был неведом страх перед ордынцами. Набеги время от времени продолжались, но это было уже не то разорение, которому Русь подверглась в 30-е и 40-е годы XIII века. После Ивана Калиты ситуация стала более спокойной, и выросло поколение, которое уже не испытывало хтонический ужас перед этой неведомой степной силой. Ну и, конечно, появились сильные личности, которые смогли объединить русскую землю. В том числе Дмитрий Донской.

– Как вы готовились к работе над повестью? Изучали какой-то исторический материал, источники? И какие? Ведь во время нашествия огромное количество источников было утрачено.

– Какие-то летописные сведения, «Повесть о разорении Рязани Батыем» – вот, в общем, и всё, что касается источников. Потому, собственно говоря, моя повесть и называется «повесть-сказка».

Пришлось посмотреть и некоторые научные работы, особенно для той части книги, где речь идет про Италию, прибалтийские страны. Кое-что приходилось проверять, смотреть: на что похож тот или иной язык, какие имена приняты в той или иной стране, какие были отношения у людей между собой. Разумеется, нужен исторический материал – даже если ты сказку пишешь (улыбается).

Повестью «Дорога домой» заинтересовалось издательство «Сибирская благозвонница», предисловие для нее написал отец Александр Гумеров. И в ближайшее время эта книжка уже увидит свет.

– А как появилась книга «Невский. Главная битва», только что вышедшая в серии «Русские воители за веру и Отечество» издательства «Символик»?

– Мы разговаривали с главным редактором «Символик» Еленой Кочергиной, и она спросила меня, какие темы мне интересны. Я ответила: древняя Русь, период начала монгольского нашествия. И предложила на выбор три фигуры – Александра Невского, Дмитрия Донского и Михаила Черниговского. Это те персонажи, которые мне очень интересны.

– Михаил Черниговский – непростая личность … Его отъезд из Киева в Венгрию накануне прихода Батыя иногда считают бегством…

– А среди этих людей вообще нет однозначных фигур. Много связано с ними дел, событий, поступков, про которые можно сказать: не очень благовидно получилось. Тот же Александр, например, давил восстание в Новгороде.

Философ Николай Федоров написал как-то, что история – это не суд, а воскрешение. Когда мы говорим про те или иные исторические события, очень много чего нужно держать в голове. И помнить, что всё, что происходило, всегда чем-то объясняется: тогдашними обстоятельствами, мировоззрением, условиями жизни, воспитанием… Сейчас нам что-то представляется немыслимым и негуманным, но тогда люди жили по-другому.

– Авторы книжек «по мотивам» житийной литературы часто используют возвышенно-умилительный тон, а все спорные моменты биографии того или иного человека старательно затушевывают. Вы сознательно пошли другим путем?

– Я стараюсь держать в голове, что есть две довольно опасных тенденции: либо всё приукрашивать, либо, наоборот, вываливать на читателя «всю правду» о том, каким грубым, брутальным человеком был тот или иной исторический персонаж «на самом деле». Ни в том, ни в другом случае не видно живого человека. Получается нечто, по духу напоминающее советские предисловия к классике: мы-то умные, всё знаем, а вот они – не учли, не поняли…

– Почему вам было так важно нарисовать Александра Невского как живого человека?

– А иначе неинтересно. Тем более – если пишешь для детей. Для детей иначе нельзя. Очень важно показать им, что нельзя мыслить одномерно, готовыми шаблонами.

– Следующий на очереди – Дмитрий Донской?

– Да. Текст повести уже готов, я передала его в издательство. В этой истории всё тоже безумно интересно. Вот, например: накануне Куликовской битвы, когда Дмитрий собирает войска, готовится к сражению, другой русский князь – Олег Рязанский сговаривается с Мамаем. Потому, что прекрасно понимает: кто выиграет, еще неизвестно, а набег, если что, пойдет прямо через его землю. Как к этому относиться? Опять же, неоднозначно. В истории всё очень сложно, картина никогда не черно-белая.

– Вы изучали материалы об Александре Невском, о Дмитрии Донском. Какое у вас сложилось мнение – за что их прославила Церковь? Конечно, оба много сделали для защиты Руси от внешних врагов, но в лике святых прославляют всё же обычно не за это…

– Когда я читала про них, то мне было понятно, по крайней мере, что это люди очень незаурядные. Конечно, когда изучаешь житие, то перед тобой биография уже отредактированная, выстроенная по определенным канонам; это сложившийся образ человека, созданный с учетом последствий его действий. Найти свидетельства чисто документальные невозможно. И, конечно, в этом есть проблема.

А святость проявилась, может быть, в том, что человек выстроил для себя цепочку действий и их следствий, понимая меру своей ответственности за всё, что он делает. Полностью осознавал ответственность и за себя, и за всех людей, которые находятся вокруг него и от него зависят.

Такую ответственность осознают не все, особенно если человек по положению выше остальных. А вот в Александре Невском и в Дмитрии Донском была способность понять свое предназначение, осознать свою ответственность. Понять, чтó ты делаешь и зачем. Соизмерить себя с волей Божией. А слово «смирение» происходит как раз от слова «мера».

В случае с Дмитрием Донским мне кажется важной еще и история любви между ним и его супругой Евдокией. Очень сильной, очень чистой и очень ответственной любви. Оба вступают в брак очень рано: Дмитрий – в пятнадцать лет, Евдокия – в тринадцать. И, тем не менее, это брак счастливый, он длится больше двадцати лет, и оба очень много делают для окружающих. Евдокия активно благотворит, помогает погорельцам, другим страдальцам. Семейная жизнь начинается для нее с того, что ее привозят в Москву, где – чума и пепелище. И эта девочка, которой предстоит здесь «править», начинает с того, что ездит по городу, раздает милостыню, жертвует деньги на погребение умерших. А что происходит в конце их совместного пути? Дмитрий, умирая, оставляет Евдокию опекуншей своих детей, завещает детям слушаться матери, фактически оставляет ее правительницей после себя. А Евдокия составляет плач по умершему мужу. Потрясающе красивая история, история любви длиною в жизнь! И история восхождения к святости.

– Вы и литературовед, и писатель. Привычка анализировать тексты не конфликтует со свойственным большинству писателей интуитивным постижением реальности? Не мешает одно другому?

– Нет, привычка анализировать текст мне совершенно не мешает. Это не тот анализ, который мешает эмоциональному восприятию. Наоборот, я много раз видела, как благодаря внимательному вдумчивому чтению текст начинает играть новыми красками. Ты внимательно прочитал его – и увидел что-то, чего не видел до сих пор: вот цель анализа. Найти ту точку, которая не дает тебе покоя, где ты чего-то не понял. И посмотреть туда повнимательнее.

07.12.2018

© «Символик»

Узнать больше о книге «Невский. Главная битва» и приобрести ее

Книга об Александре Невском вышла из типографии и ждет своего читателя

Издательство «Символик» радо сообщить о выходе из печати книги «Невский. Главная битва» писательницы Валентины Сергеевой. Выход книги совпал с днем празднования памяти святого благоверного князя Александра, в чем нельзя не усмотреть особый Промысл и благословение Божие.

Это очередной выпуск серии «Русские воители за веру и Отечество», в которой с 2016 года вышло уже несколько книг (о князе Владимире Мономахе, Александре Суворове, Федоре Ушакове, Павле Нахимове, цае Николае II). Подобно другим выпускам серии, новая книга содержит художественное переложение биографии своего героя — великого князя Александра, заостряя внимание юного читателя на особенно важных моментах его жизни. Автор повести Валентина Сергеева — сотрудник Института мировой литературы Академии наук, любит и хорошо знает русскую историю XIII-XIV вв. В ближайшее время свет увидит еще одна ее повесть — «Дорога домой», посвященная первым годам после нашествия на Русь татаро-монголов под предводительством хана Батыя.

Книга об Александре Невском полна деталей, важных для понимания склада его личности. Перед нами не иконописный лик человека, уже достигшего святости, а живой характер, герой, принимающий сложные решения в сложной обстановке. Вот автор показывает нам Александра еще мальчиком, который поставлен править Новгородом, голодным и позабытым, находящимся на грани отчаянного бунта. Тогда верные люди укрывают отрока-князя от лиходеев. А вот Александр много лет спустя, будучи уже великим князем и славным победителем шведов и тевтонцев, приходит усмирять тот же самый Новгород, восставший против татаро-монголов… И таких коллизий в жизни Александра было немало.

Книга адресована детям от шести лет и старше. Она учит их мужеству, любви к Богу и к своему народу, смирению, доброте. Учит не словом, а примером жизни человека, святость которого засвидетельствована Церковью.

«Когда изучаешь житие, то перед тобой биография уже отредактированная, выстроенная по определенным канонам; это сложившийся образ человека, созданный с учетом последствий его действий, — говорит автор книги Валентина Сергеева. — Найти свидетельства чисто документальные невозможно». Как же разобраться, какой путь привел человека к святости? Валентина Сергеева предполагает, что дело не в последнюю очередь в осознании человеком меры своей ответственности за всё, что он делает. Ответственность за себя и за всех людей, которые находятся вокруг и от человека зависят.

«Такую ответственность осознают не все, особенно если человек по положению выше остальных. А вот в Александре Невском была способность понять свое предназначение, осознать свою ответственность. Понять, чтó ты делаешь и зачем. Соизмерить себя с волей Божией», — говорит писательница.

Узнать о книге дополнительную информацию и приобрести ее можно здесь: https://simvolik-knigi.ru/books/simvolik/nevskiy-glavnaya-bitva-valentina-sergeeva/

Узнать больше о книгах серии «Русские воители за веру и Отечество»: https://www.simvolik.ru/series/russkie-voiteli-za-veru-i-otechestvo/

«Православие против йоги»: Рецензия журнала «Православное книжное обозрение»

Православие против йоги 30.11.2018

Православие против йоги

Появление книги Дмитрий Дружинина «Йога. Православный взгляд» достаточно закономерно. Дело даже не в том, что популярность йоги среди людей, относящих себя к православным, в последнее время возросла, — закономерность появления этой книги обусловлена скорее иными, более глобальными проблемами.

Уже в ХХ веке начался процесс, если можно так выразиться, секуляризации аскетических практик разных религий, особенно восточных (об этом сказано в книге, на чем мы остановимся в своем месте). Различные «делания», «упражнения» как бы вышли из-под покрова породивших их духовных практик и отправились странствовать по свету. Все это породило ту необычайную эклектичность, пестроту всего «непознаваемого» обычным разумом, которую в России мы ощутили в 1990-е годы. Гороскопы, мантры, асаны, спиритические сеансы — «все смешалось в доме Облонских», и сегодня уже, чтобы отделить зерна от плевел (а то и одни плевелы от других), человеку требуется религиозное образование. На телеканале «Спас» есть передача — «Мой путь к Богу», куда приглашаются люди, перешедшее в православие из иных религий, в том числе и самых экзотических. Однако это передача о людях, которые поняли и выбрали. А ведь сколько таких, которые не то что не выбрали, но даже еще не поняли! В частности, автор этих строк знаком с «православными атеистами», православными — читателями и почитателями гороскопов. И очень трудно людям объяснить — нет, даже не вред подобных вещей, а прежде всего — их бессмысленность. Книга Дмитрия Дружинина в этом смысле как раз представляет собой хорошее подспорье для тех православных — а может быть, еще идущих по пути к Богу — кто всерьез увлекается йогой.

Предисловие к книге — «Йога как оккультное явление» — написано доктором психологических наук Ларисой Филипповной Шеховцовой. Здесь, что ясно уже из заглавия, поставлен вопрос об оккультных корнях йоги. Также Лариса Филипповна затрагивает и другие вопросы, которые так или иначе освещены в книге.

Но прежде чем говорить о структуре этого труда, стоит сказать несколько слов об авторе. Дмитрий Дружинин, по образованию финансист, много лет занимался йогой. В 2010 году «впервые попал в Рождества Пресвятой Богородицы Свято-Пафнутьев Боровский монастырь, где познакомился с духовником обители — схиархимандритом Власием (Перегонцевым), встреча с которым изменила его взгляды на мир. В последние годы занимается книгораспространением в православных книжных издательствах. В июне 2018 года успешно защитил диплом по специальности “Теология” в Калужской духовной семинарии».

Уже из этого краткого очерка жизни можно сделать вывод, что сам Дмитрий Дружинин — как бы один из героев своей книги, который после занятий йогой пришел в Православие. Иными словами, книга — не случайный труд, а опыт не только изучения православного вероучения, но и анализа собственного жизненного пути.

Книга Дмитрия Дружинина четко структурирована. Начинается она с главы «Что такое йога», где читатель узнает об индийских корнях этого учения, которое «никак не назовешь стройным и цельным мировоззрением». Основы теории и практики йоги изложены в «Йога-сутрах», автором которых считается индийский грамматист Патанджали. В этой же главе рассматриваются моменты истории йоги, а также возможные толкования самого термина «йога».

Вторая и третья глава, «Христианская нравственность» и «Нравственность в йоге» соответственно, посвящены сравнению представлений о нравственности двух разных мировоззрений. В частности, автор предпринимает очень удачную (с точки зрения показательности и доступности) попытку сравнения заповедей Ветхого и Нового заветов с принципами, изложенными в первой и второй ступенях освоения йоги — Яме и Нияме. Если библейские заповеди христианам известны, то вот принципы Ямы и Ниямы стоит привести здесь. Вот они: Яма: 1. Ахимса — ненасилие 2. Сатья — правдивость 3. Астея — неприсвоение чужого 5. Брахмачарья — половое воздержание (целомудрие) 5. Апариграха — неприятие даров. Нияма: 1. Шауча — внешняя и внутренняя чистота 2. Сантоша — удовлетворенность (умеренность) 3. Тапас — подвижничество (аскетизм) 4. Свадхья — самообучение (познание) 5. Ишвара-пранидхана — преданность Ишваре. За исключением последнего принципа Ниямы остальные заповеди как будто очень похожи на то, к чему должен стремиться и христианин. Поэтому и от автора в данном случае требуется большая эрудиция и глубокое понимание этих явлений, чтобы сделать адекватный анализ. В противном случае правы окажутся как раз оппоненты подобных книг, для которых «все религии учат об одном и том же». Можно, кстати, вспомнить курьезный случай относительно недавней интернет-полемики, когда в «заповедях» из Кодекса строителя коммунизма вполне серьезно искали евангельскую основу. Случай этот, конечно, к серьезному богословию никакого отношения не имеет, зато явственно показывает уровень современной богословской грамотности людей.

Сравнение же заповедей в книге Дружинина проведено очень интересно. Похожие друг на друга при поверхностном взгляде, они сильно отличаются по внутреннему наполнению. Автор прибегает к таким христианским понятиям, как «гордыня» и «смирение» (чуждых для йоги), чтобы показать, что на более глубоком уровне заповеди Ямы и Ниямы никак не могут быть истолкованы в христианском ключе.

Совершенно логично поэтому — раз уж пришлось прибегнуть к «смирению» и «гордыне» — посвятить следующую главу тому, «в какого Бога верят йоги и христиане». Здесь разница мировоззрений становится гораздо более заметна. Если христианское учение о Троице — это догмат, давно и навсегда определенный, то вот индуистские представления о боге (богах) довольно изменчивы и далеки от стройной системы. В этой же главе анализируется и попытка некоторых любителей примирения йоги и христианства сопоставить (едва ли не приравнять) христианскую Троицу и «индуистское понятие тримурти (санскр. «три лика»), объединяющее трех главных божеств индуистского пантеона: Брахму-создателя, Вишну-хранителя и Шиву-разрушителя». Конечно, ни тождество, ни даже аналогии между Троицей и тримурти невозможны.

В пятой главе автор отвечает на вопрос «Сколько жизней у человека». Несмотря на очевидность ответа на этот вопрос, все-таки не лишне напомнить читателю о том, что учения ни о карме, ни о реинкарнации в христианстве нет.

Шестая глава — и снова отметим очень логичное построение книги — задается вопросом «В чем спасение для христиан и йогов». Анализ, проведенный в ней, очень интересен и тонок, но, тем не менее, хочется все-таки отметить не совсем корректную постановку самого вопроса. Дело в том, что «спасение» — это специфически христианское понятие, происходящее из христианского учения о человеке (и первородном грехе). В этом смысле к учению йоги оно неприменимо. Сам автор неоднократно употребляет, когда говорит о йогах, более уместное слово «освобождение». «Спасение» и «освобождение» — это, если можно так выразиться, слова с совсем разными векторами, поэтому в конечном итоге адекватное сравнение их едва ли возможно. Последовательный христианин и последовательный йог настолько по-разному смотрят на конечные цели человеческой жизни, что вряд ли смогут доказать ошибочность позиций друг друга. Скорее, чтобы принять спасение (или освобождение), нужно целиком перейти в иную религию, где та или иная конечная цель будет вписываться в общую картину мировоззрения.

В седьмой главе сравнивается духовная жизнь в христианстве и йоге. После всех предыдущих глав читатель уже и сам может представить, в чем именно не сходятся два этих мировоззрения и как это отражается на духовной жизни их последователей.

Наконец, одним из главных звеньев духовной жизни оказываются молитва. Сопоставление ее с медитацией йогов приведено в восьмой, заключительной главе.

В заключении автор подытоживает свой труд, давая своеобразный его конспект.

Однако книга на этом не заканчивается. В ней есть еще приложения:

1. Истории людей, занимавшихся йогой. В силу распространенности подобной литературы и иной информационной продукции не будем на этом останавливаться. Интереснее, мне кажется, второе приложение — «Взгляд со стороны» — интервью с доктором медицинских наук, заведующим отделением физической культуры и клинической биомеханики Национального медицинского исследовательского центра реабилитации и курортологии Минздрава России Михаилом Анатольевичем Еремушкиным. Этот раздел, пожалуй, следует прочитать и неверующим, но серьезно относящимся к своему здоровью людям. По словам Михаила Анатольевича, йога — далеко не безопасное занятие: «Йога не ведет к оздоровлению. Она это декларирует, но не делает, более того — она противоречит всем принципам физической культуры как таковой… Йоги были самой отсталой частью населения Индии, со сроком жизни короче, чем у среднего индийца». В этом интервью дается и много исторических сведений о том, как йога из умирающего направления народного целительства в Индии превратилась (с помощью Всемирной организации здравоохранения) в мировой раскрученный бренд.

Книга Дмитрия Дружинина будет полезна всем, кто так или иначе сталкивался с йогой, да и просто любознательным людям.

НИКОЛАЙ ДЕГТЕРЕВ, журнал «Православное книжное обозрение»

ЙОГА. ПРАВОСЛАВНЫЙ ВЗГЛЯД

Д. Дружинин.

М.: Символик, 2018. — 144 с.

ИС Р18-812-0445

ISBN

978-5-6040789-8-3

Наталья Иртенина и издательство «Символик» — среди лауреатов XIII конкурса «Просвещение через книгу»!

Издательство «Символик» и писательница Наталья ИРТЕНИНА стали лауреатами XIII конкурса «ПРОСВЕЩЕНИЕ ЧЕРЕЗ КНИГУ», который ежегодно проводит Издательский совет Русской Православной Церкви, в номинации «Лучшая книга для детей и юношества». Наталья ИРТЕНИНА и главный редактор издательства Елена КОЧЕРГИНА получили из рук председателя Издательского совета — митрополита Калужского и Боровского Климента дипломы 3-й степени за книгу «Николай II. Царский подвиг», представляющую собой художественный пересказ для детей биографии последнего российского государя Николая Александровича Романова.  Это уже пятое издание, вышедшее в серии «Русские воители за веру и Отечество», которую «Символик» выпускает с 2016 года. Первые три книги этой серии — «Суворов. Русский чудо-богатырь», «Ушаков. Адмирал от Бога» и «Нахимов. Доблесть и честь России», также принадлежащие перу Натальи ИРТЕНИНОЙ, — были удостоены диплома конкурса «ПРОСВЕЩЕНИЕ ЧЕРЕЗ КНИГУ» в прошлом году.
Награда вручена и еще одному давнему другу издательства «Символик» — замечательной писательнице Татьяне ШИПОШИНОЙ. Татьяна Владимировна заняла 3-е место в номинации «Лучшее  художественное произведение» с книгой «Укажи мне путь» о  священномученике митрополите Серафиме (Чичагове).
Всего на церемонии награждения лауреатов конкурса были вручены дипломы в 11 номинациях.
Поздравляем всех лауреатов!
  
Узнать больше о книге «Николай II. Царский подвиг» и о других книгах серии «Русские воители за веру и Отечество»

Автор книги «Йога. Православный взгляд» в эфире на «Радио Посад»

Как адепт йоги отказался от этой практики, вернувшись к православию? Почему йога связана с индуизмом?Допустимо ли христианину интересоваться философией йоги? Почему она стала так популярна, причем еще в советское время? Об этом и о многом другом журналист «Радио Посад» беседует с автором вышедшей в издательстве «Символик» книги «Йога. православный взгляд» Дмитрием Дружининым. Предлагаем Вам послушать запись эфира

Узнать о книге больше и приобрести ее можно здесь

Презентация книги «Йога. Православный взгляд» 29 ноября в Читательском клубе «Православная книга»

29 ноября 2018 года в Читательском клубе «Православная книга» на Погодинской (ул. Погодинская, 18) в 18.30 состоится презентация книги «Йога. Православный взгляд» Дмитрия Дружинина. Эта книга – одна из немногих, описывающих популярную в наши дни практику йоги с точки зрения православного христианина, – увидела свет в православном издательстве «Символик».

Насколько религиозна йога? Совместима ли она с христианским мировоззрением и образом жизни? Чем отличаются друг от друга молитва и медитация? Что приводит людей в йогу и что заставляет оставить эту практику? На эти и другие ваши вопросы с радостью ответят гости вечера: автор книги, выпускник Калужской духовной семинарии, в прошлом финансист, мастер делового администрирования Дмитрий Дружинин; известный театральный режиссер и продюсер Эдуард Бояков; помощник председателя Издательского совета Русской Православной Церкви иеромонах Макарий (Комогоров); главный редактор издательства «Символик» Елена Кочергина.

 

Организаторы вечера:

Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви,

Издательский совет Русской Православной Церкви,

Издательство православной литературы АНО «Символик».

 

ВХОД СВОБОДНЫЙ

Аккредитация СМИ: +7 (499) 703-0214, доб. 2254, +7 926 272-0071, press@rop.ru

Первый Форум активных мирян «Фавор» состоится 14 ноября в Москве

Первый Форум активных мирян «ФАВОР» состоится в среду 14 ноября 2018 года в Колонном зале Дома союзов (ул. Большая Дмитровка, д. 1). Начало в 11:00.

Вот как формулируют миссию форума его организаторы — Издательский дом «Никея» и Фонд «Фома Центр», поддерживаемые Синодальным отделом по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ:

Вдохновлять мирян на осознанную деловую и социальную активность в духе Православия

Поддерживать на личном христианском пути, раскрывая опыт активных мирян и служителей Церкви

Объединять единомышленников и давать импульс к деятельной жизни во Христе

Посетить форум можно, зарегистрировавшись на сайте мероприятия и сделав пожертвование (от 10 руб.) в пользу благотворительного фонда помощи инсулинозависимым детям и беременным женщинам «Быть вместе» или православной службы помощи «Милосердие» (на Свято-Димитриевский детский центр).

Участникам форума обещают рассказать, как найти свой путь веры в современном мире и реализовать потенциал — духовный, семейный, профессиональный и любой другой — в традиции Православия. Личным опытом с посетителями мероприятия поделятся авторитетные духовные лица, известные предприниматели, общественные и культурные деятели, реализующие крупнейшие благотворительные, социальные и бизнес-проекты.

Вам стоит посетить «Фавор», если вы:
  • Ищете духовного роста, смысла и радости в профессии и всех областях жизни
  • Хотите уйти от формальности в вере, стремитесь к большей осознанности, желаете узнать как жить по Евангелию сегодня
  • Находитесь в поисках новых идей, знаний и поддержки для своего дела или служения
Среди выступающих на форуме:
Митрополит Псковский и Порховский Тихон (Шевкунов), председатель Патриаршего совета по культуре, автор книги «Несвятые святые»
Епископ Орехово-Зуевский  Пантелеимон (Шатов), председатель Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению, руководитель службы «Милосердие»
Протоиерей Павел Великанов, доцент Московский духовной академии, настоятель Пятницкого подворья Троице-Сергиевой лавры
Протоиерей Алексий Яковлев, руководитель проекта «Общее дело. Возрождение Деревянных храмов Севера», настоятель храма преподобного Серафима Саровского в Раеве
Владимир Легойда, председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, главный редактор журнала «Фома»
Анна Кузнецова, уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка
Николай Бреев, совладелец и директор Издательского дома «Никея», член Издательского Совета Русской Православной Церкви, предприниматель
Анна Данилова, главный редактор портала «Православие и мир»
Эдуард Бояков, продюсер, театральный режиссер и педагог, председатель Русского Художественного Союза
Леван Васадзе, бизнесмен, основатель и председатель фонда прямых инвестиций Prometheus Capital Partners, председатель Грузинского демографического общества
Алексей Васильчук, предприниматель, совладелец ресторанного холдинга RestArt, создатель сети «Чайхона № 1»
Алексей Захаров, основатель и президент рекрутингового портала SuperJob.ru
Илья Зибарев, частный инвестор, меценат, соучредитель Фонда возрождения духовно-культурного наследия Отечества
Алексей Коровин, совладелец и генеральный директор онлайн-образовательной компании Active Learning
Владислав Жукович, бизнесмен, председатель Союза православных предпринимателей
Ведущие форума — гендиректор и генеральный продюсер телеканала «Спас» Борис Корчевников и тележурналист, основатель и ведущая собственного субъективного телевидения tutta.tv Тутта Ларсен.
Форум проводится при участии Ассоциации благотворительных фондов «Лицо нации» и Русского Художественного Союза.
С подробной программой Форума активных мирян «Фавор» можно ознакомиться на его сайте: http://favorforum.ru/#3

Опубликована рецензия на книгу «Послушники Царства Небесного» в журнале «Православное книжное обозрение»

В журнале «Православное книжное обозрение» Издательского совета Русской Православной Церкви вышла рецензия Николая Дегтерева на книгу «Символик» «Послушники Царства небесного. Рукопись, найденная на чердаке». Делимся ею с вами, дорогие читатели.

17.10.2018

Вариации из монашеской жизни

О книге «Послушники Царства Небесного. Рукопись, найденная на чердаке»

Один из самых популярных жанров современной массовой христианской литературы – это истории о монахах. Не просто потому, что в них «много чудесного». Скорее, интерес этот вызван тем, что именно монах есть человек, окончательно и бесповоротно сделавший свой христианский выбор и отвергший жизнь в миру ради Царства Небесного. Как говорил Алеша Карамазов из последнего романа Достоевского, «не могу я отдать вместо “всего” два рубля, а вместо “иди за Мной” ходить лишь к обедне».

Именно эта «инаковость» — само слово «инок» произошло от «иной» — и делает монашеские истории столь привлекательными и читаемыми. Любой христианин хочет увидеть, почувствовать эту «инаковость», прикоснуться к ней. Ведь живой опыт христианства много важней мудреных, но часто — не проникающих в душу богословских истин.

Первое, что обращает на себя внимание в книге, когда мы еще только разглядываем обложку, — это отсутствие автора. Более того, подзаголовок книги гласит: «Рукопись, найденная на чердаке». Не знаю, в самом ли деле она была найдена на чердаке или это только литературный прием, призванный мистифицировать — в литературоведческом смысле — рукопись, но в любом случае загадочности книге придает. Во введении эта вольная или невольная загадочность еще раз подчеркнута: «Автор остался неизвестным, поскольку история нахождения этих записей тоже весьма загадочна: преждевременно почивший на Афоне в 2014 году русский иеромонах И., живя в келье в Протате, во время посещения одной пустыни на Афоне принес оттуда зачитанную общую тетрадь, в которой находились эти истории. Тетрадь была обнаружена его собратьями в его бумагах на чердаке, в ящике старой прикроватной тумбочки». И снова у любопытного читателя возникает невольный интерес: правда ли это? Или это еще один элемент мистификации в духе каких-нибудь английских писателей? Вполне возможно, что истории, собранные в книге, действительно основаны на «реальных событиях», произошедших с лицами, «имена которых и по сей день у многих на слуху», как сказано во введении. И именно поэтому автор не просто остался неизвестен, а пожелал остаться неизвестен.

Впрочем, к содержанию книги это имеет мало отношения. Для читателей, никак не связанных с Афоном или Абхазией (где происходят события первых четырех рассказов), никаких конкретных примет конкретных людей там нет. Возможно даже, что данный текст — книга «Послушники Царства Небесного» — имеет двойное прочтение, как «Евгений Онегин» — для всех и для «друзей», которым все понятно. В любом случае сама форма подачи материала уже интригует.

Кстати, мы сравнили книгу с «Евгением Онегиным» неспроста, хоть сравнение и высокопарно, и неточно. Автор книги (если это один автор, о чем мы еще скажем), несомненно, имеет литературный вкус и может «играть словом». По крайней мере, совершает попытки этого. Вот, например, как он с «православным» юмором описывает то, как коровы встречают нового пастуха: «Несколько животных, увидев нового человека, сразу взбрыкнули, словно помыслы в голове глупого человека, другие стояли как вкопанные, словно упрямые помышления в голове гордеца».

Почему же мы поставили под вопрос «одного» автора? Да просто потому, что слишком непохожи многие части этой книги друг на друга. Создается впечатление, что один человек никак не мог написать все.

Хотя в книге и нет деления на части, тем не менее она довольно объективно делится на несколько неравномерных по объему частей. Первая представляет собой 4 «абхазских» рассказа — действие их ограничивается Кавказом. Вторая, самая большая часть книги — Афонская. Ну, и в конце идут прибавления: «Уцелевшие отрывки из «Молитвенного устава монаха Георгия»», «Вопросы иеромонаха И. своему духовному отцу» и приложение — «История рабы Божией Анны» (фактически — ее письмо). Все это части нехудожественные, в отличие от первых двух. К ним и перейдем.

Первый рассказ, открывающий весь сборник, называется «Пустынник Георгий и Петро». В центре повествования — история жизни, полная всяческих злоключений, юноши Петро, которого в самые критические моменты спасает неизвестно откуда появляющийся монах, который к тому же часто говорит стихами. Уже из этого краткого пересказа можно сделать выводы о художественности текста, хотя, наверное, основанного на реальных событиях. Реальные события действительно упоминаются в тексте, например, грузино-абхазская война, правда, не понятно какая. Но она только упоминается и на развитие сюжета почти не действует. История Петро действительно трагична, но подается она в очень светлом ключе, уже сам зачин рассказа настраивает читателя на возвышенный, но игровой лад. Автор замечательно стилизует этот зачин: «Любезный мой брат, хотя я сам полное ничтожество и валяюсь во грехах, аки свиния, следует тебе знать, что…» и так далее. О том, что это стилизация, что автор говорит не всерьез, мы догадаемся, если спустимся на несколько строчек ниже: «С малолетства дитя во всем зависит от неразумных прихотей бестолковых и безверных родителей, а то еще от прихотей из ума выживших дедушек и бабушек, которые направляют его на обманчивую ловлю пустой славы…» и тому подобное. Конечно, воспринимать это «на полном серьезе» нельзя. Автор играет с читателем, но в такой игровой манере, мне кажется, в нынешнее время только и можно донести глубокие мысли, не опошлив их. «Сугубая серьезность» часто вредит литературе, опошляет ее, а вот такое «ерничанье», напротив, может донести некие истины, не вульгаризировав их. И в данном рассказе довольно длинный сюжет о том, как Петро «шел» в своих мыслях по пути в монастырь, рассказан почти весело, но именно поэтому выглядит куда более жизненно, чем если бы его рассказали серьезно. А сюжет серьезный.

В дальнейших рассказах «абхазского» цикла автор также не чурается литературной стилизации. Вот как начинается рассказ «Старец Иоанн и Иисусова молитва», почти по-лермонтовски: «В Черном урочище на Кавказе, чуть повыше того места, где Бзыбь выходит из узкого скалистого ущелья в долину, неподалеку от дороги на горные пастбища жил богобоязненный юноша Василий с престарелым отцом».

Хочется отметить, что все рассказы держат читателя в напряжении, а это уже немалого стоит.

Условная вторая часть — афонская. Стиль этих рассказов очень отличается от начала книги. Это скорее классические эпизоды из житий афонских монахов. «Грек Георгий жил в юности на Халкидике», «Карульский монах, большой ревнитель Иисусовой молитвы, любил уходить с палаткой в леса под Афоном и там молиться». Все подобные первые предложения сразу вводят читателя в курс дела, знакомят с главным героем, как это и принято в отрывках из житий. Потом идут два-три особенных случая из жизни монахов и их блаженная кончина.

Тематически афонские рассказы разнообразны. Тут есть истории и про сугубых молитвенников, и про молитвенников несколько странных. Например, один монах так хотел уединения, что ушел в какую-то афонскую глушь и стал там молиться. Через несколько ночей он услышал какую-то тарабарщину, и принял это сначала за птичий гомон, а потом за проделки беса. Только потом выяснилось, что недалеко от него в этой самой глуши поселился такой же любитель уединения — монах-румын, который молился на родном языке. А так как герой рассказа румынского не знал, то и воспринял эти молитвы как тарабарщину.

Есть истории «мистические», есть, напротив, «реалистические». Поучительные истории о людях, искавших чуда и не нашедших его. О греховных падениях и покаянии.

Заканчивается книга тремя «документами». В «Уцелевших отрывках из «Молитвенного устава монаха Георгия»» (видимо, того самого, о котором идет речь в самом первом рассказе) дается емкая выжимка основ православной аскетики. В «Вопросах иеромонаха И. своему духовному отцу» эта тема продолжается. Тут приводятся ответы на более конкретные вопросы. И в приложении — «Истории рабы Божией Анны» помещено письмо одной русской прихожанки, пережившей советский период, Великую Отечественную войну, нашедшей на старости лет брата и наконец-то обретшей Бога. Наверное, такое не монашеское по форме, но монашеское по содержанию письмо и должно венчать всю книгу.

НИКОЛАЙ ДЕГТЕРЕВ, журнал «Православное книжное обозрение»

Источник публикации: http://izdatsovet.ru/news/detail.php?ID=190921

Узнать о книге дополнительную информацию и приобрести ее

Повесть «Живой уголок»: настоящий подарок для ребенка

В издательстве «Символик» увидела свет чудесная детская повесть. Называется она «Живой уголок», а написана талантливейшей Ольгой Батлер, из-под пера которой ранее вышли сказочная повесть «Тринкет» (М.: Символик, 2016) и сборник трогательных публицистических очерков «Моя маленькая Британия» (СПб.: БХВ-Петербург, 2011).

Повесть «Живой уголок» участвовала в литературном конкурсе «Необычайные приключения», который проводили в 2016 году «Символик» и Международное творческое объединение детских авторов. Члены жюри с удовольствием прочли это произведение и присудили ему одно из призовых мест. А теперь с этой повестью можете познакомиться и вы!

Это доброе и веселое произведение с занимательным сюжетом, которое вряд ли кого-то оставит равнодушным. Главные персонажи повести — обитатели живого уголка, устроенного в одной из школ вымышленного провинциального городка Водокрещенска: хомяк Авоськин, попугай Отелло и ужиха Улька. Вольно, а чаще невольно они оказываются участниками множества ситуаций и историй, забавных и волнительных, которые происходят с учениками-четвероклассниками и прочими жителями городка. В провинциальном городке разыгрываются настоящие драмы, а заканчивается повесть тем, что при непосредственном участии Авоськина и его друзей жители Водокрещенска оказываются избавлены от настоящей катастрофы.

Автор сознательно избегает громких слов и фраз, она не стремится сходу сообщить юному читателю все христианские истины и заповеди, не говорит впрямую о Боге — но вся повесть проникнута подлинным христианским духом. На примере своих героев и событий, в которые те оказываются вовлечены, Ольга Батлер показывает, что такое лицемерие, алчность, клевета, тщеславие, как они неприглядны — и наоборот, как прекрасны скромность, отвага, дружелюбие, искренность.

Книга издана в твердой обложке на качественной плотной бумаге, текст сопровождают замечательные иллюстрации, сделанные художником Екатериной Милославской. Такое издание приятно даже просто подержать в руках, перелистать, оно украсит книжную полку в детской комнате. Повесть станет отличным подарком для детей младшего школьного возраста, и не обязательно из глубоко воцерковленных семей.

Узнайте о книге больше здесь

Александр Невский: о чем не расскажет учебник истории

В ближайшее время увидит свет очередная новинка от издательства «Символик» — книга «Невский. Главная битва», созданная молодой талантливой писательницей Валентиной Сергеевой. Это продолжение популярной серии «Русские воители за веру и Отечество», включающей в себя уже полюбившиеся читателям книги о гениальных российских военачальниках, командовавших иногда дружинами, иногда полками и эскадрами, а иногда целыми армиями, в которых верность Отчизне соединялась с глубокой и искренней христианской верой. Таковы были князь Владимир Мономах, А. В. Суворов, Ф. Ф. Ушаков, П. С. Нахимов, царь Николай II…

Таким был и князь Александр Невский.

Школьный учебник истории скуп на биографические сведения. «Сын Ярослава Всеволодовича», «рано научился читать и писать», «в 16 лет стал новгородским князем», «предпринял энергичные действия по укреплению западных рубежей»… Совсем как в советские времена, нашим детям рассказывают в основном о победах, одержанных русскими воинами под предводительством князя Александра, — над шведами и над рыцарями Тевтонского ордена. Но как, почему эти победы стали возможны? Ведь только что, за каких-нибудь пять лет до этого, Русь была сожжена дотла ханом Батыем! Правда, до Новгорода татаро-монголы не дошли, но последствия разорения центральных и южных русских княжеств очень хорошо ощущали и новгородцы…

Книга Валентины Сергеевой рассказывает в первую очередь о самом князе Александре. О том, как еще в младенчестве он учился ездить верхом. Как отец надолго оставил малолетнего княжича в Новгороде, готовом взорваться голодным бунтом. Как, уже став князем, юный Александр ссорился и мирился с непокорной боярской республикой. Как он сомневался — и действовал, отчаивался — и укреплялся духом. Как, уже отбив атаки шведов и немцев, смиренно ездил на поклон в Золотую Орду, осознавая, что, даже собрав все силы в кулак, сбросить иго татаро-монголов в одночасье не выйдет… Это книга о человеке со всеми его человеческими слабостями и силой, достоинствами и недостатками, плюсами и минусами, а главное — о человеке, бесконечно уповающем на Бога и стремящемся исполнить Его заповеди. Именно Бог даровал Александру Невскому его победы, а не доблесть и не сила оружия. Только Божиим Промыслом одолел Александр Ярославич и внешнего врага, и ближних недоброжелателей, и свои собственные немощи. В этом убеждаешься, читая эту книгу, написанную хорошим русским языком и четко расставляющую акценты с точки зрения православного сознания.

Подобно всем выпускам серии «Русские воители за веру и Отечество», эта книга снабжена яркими и выразительными цветными иллюстрациями, рассматривать которые вашему ребенку доставит не меньшее удовольствие, чем читать или слушать текст.

Издание послужит отличным подарком любому школьнику, особенно если он или она не безразличны к истории родной страны. Живо и увлекательно книга расскажет о жизни одного из самых замечательных правителей российских земель и ненавязчиво внушит мысль о том, что без памяти о Боге не бывает ни истинного героизма, ни подлинной мудрости, ни настоящего патриотизма.

Спрашивайте книгу «Невский. Главная битва» в интернет-магазине «Символик» (www.simvolik.ru) и в книжных магазинах в ближайшее время!

Подробнее о книге: https://simvolik-knigi.ru/books/gotovim-k-izdaniyu/nevskiy-glavnaya-bitva-valentina-sergeeva/